© 2019 Станислава Бер.   Если Вам нравится эта страница, расскажите друзьям:

Парк имени Горького предназначен для прогулок, а тут такое безобразие! Год назад студента МГУ находят на скамейке без внутренних органов. Вырезали всё, подчистую. Аккуратно, любовно, нежно, а потом матери в машину подкинули крупную сумму денег. Кто же он этот странный Мясник? Или это Самка богомола. Лейтенанту Шилову предстоит поближе познакомиться с опасным убийцей.

Лети, лети, мотылёк!

 

– Я тебе в тысячный раз говорю. Найди его! Полковник, ты не пожалеешь, – сказал господин Овечкин с нажимом на последнее слово.

Полковник Звягинцев сглотнул. Господин Овечкин был убедителен – светло-серый слегка примятый костюм, ёжик седых волос, пара жёстких глаз – всё навалилось на приставку Т-образного стола, костяшки кулаков упёрлись в столешницу, обнажая под манжетой белой рубашки золотые часы от Cartier.

– Или пожалеешь, – добавил господин Овечкин.

– Значит так. Убийцу ищут лучшие опера, следствие продолжается. Не надо тут мне вот, – сказал Звягинцев, не поднимаясь с кожаного кресла.

Господин Овечкин убрал кулаки со стола, распрямился и подошёл к высокому окну. По-хозяйски раздвинул жалюзи, хрустнул позвонками в затекшей шее и уставился на улицу.

– Ты хоронил детей, полковник?

– Не довелось, – угрюмо буркнул Звягинцев, пригладил несуществующие волосы на голом черепе, понимая, куда клонит посетитель.

– Ты слышал вопли женщины, закапывающей родное дитя в землю?

Господин Овечкин резко развернулся к хозяину кабинета с убедительными портретами, гербами на стенах и государственным флагом в углу.

– Сестра рыдала у меня на груди, когда племянника хоронили. Понимаешь? И до сих пор рыдает днями и ночами. А эта тварь ходит по городу, как ни в чем не бывало. Найди его.

– Ищем, – сказал Звягинцев и уставился в столешницу.

Его удручало не то, что владелец федеральной сетью автосалонов господин Овечкин дружил с губернаторами и генералами и мог по-другому разговаривать, а то, что и, правда, не нашли. Год искали Мясника и не нашли.

– Придумай что-нибудь. Ты же можешь, я знаю! Найдёшь эту мразь, пять джипов Управлению МВД подарю. Как благотворительность. Или тебе лично, – шепнул посетитель, наклоняясь к уху.

– Управлению, – твёрдо сказал Звягинцев.

Господин Овечкин ушёл, оставив после себя смесь ароматов Givenchy и запаха машинного масла. Он лично менял его в своём автомобиле. Принципиальный.

– Шилов, зайди, – сказал полковник, отжимая кнопку громкоговорителя телефона на столе.

– Вызывали, товарищ полковник? – в дверях стоял тёмноволосый бровастый парень с раздвоенным подбородком.

На вид разгильдяй – кожаная куртка, волосы взлохмачены, поганенькая улыбочка на пухлых губах, но начальство его хвалило и рекомендовало к повышению. Раскрываемость преступлений выше всех по округу.

– Заходи. Садись. Дело есть к тебе, лейтенант.

Никита Шилов сел за приставку Т-образного стола. Звягинцев же наоборот, встал и начал ходить из угла в угол, сложив руки за спиной.

– Возьми-ка ты себе одно дело. Заглохло оно в отделе, а ты у нас человек новый, свежая кровь, так сказать. Вот и возьми.

– Тухляк что ли? – оскалился Шилов.

– Ты это… того самого… Не зубоскаль. Со старшим по званию разговариваешь.

Лейтенант выпрямился на стуле и достал блокнот.

– Записывай, запоминай. Потерпевший Андрей Овечкин найден в парке имени Горького выпотрошенным. Всё внутренние органы аккуратно вырезаны, поэтому убийцу прозвали Мясник. Никаких улик – ни отпечатков пальцев, ни волокон, ни биологических следов. Следов насилия, борьбы нет, но перед смертью у жертвы были сексуальные, так сказать, сношения.

Никита хихикнул. Звягинцев угрожающе затих.

– Всё, всё, молчу, – сказал Шилов, примирительно поднимая руки вверх.

– Через месяц родные получили 50 тысяч евро, – продолжил рассказ и хождение по кабинету полковник. – Пакет с деньгами подкинули матери в машину.

Никита присвистнул. Широкие чёрные брови поползли вверх.

– Иди, работай, лейтенант. Завтра в 10.00 жду с докладом.

Шилов заперся в тесном кабинете, который он делил с напарником. Благо тот отбыл в отпуск, и можно было в тишине и одиночестве думать, курить, пить кофе и опять думать, листая отчёты "глухаря" и просматривая записи с камер видеонаблюдения. Дома его всё равно никто не ждал. В прошлом году невеста покинула лейтенанта полиции в канун дня бракосочетания без объяснения причин.

– Итак… что мы имеем. Студент МГУ Андрей Овечкин в пятницу 7 декабря зашёл в ночной клуб "Kaligula". Через два часа он вышел оттуда с девушкой. Лица её не было невидно. Рыжая, явно в парике, яркий макияж. М-да, негусто.

Никита потянулся к чайнику. Организм требовал свежей порции кофеина. Скопировал на телефон фотографию Андрея, кадры с девушкой с камер видеонаблюдения и отправился в развлекательное заведение.

В ночном клубе в ожидании гостей уже зажгли прожекторы. Шилов распахнул красную книжечку перед охранником и прошёл к зеркальному бару. Мимо металлических фигур древнеримских богинь с неоновой подсветкой, мимо лестницы с античным орнаментом, прямо к администратору. Приглушённый голубой свет заливал большой зал, разделённый VIP-ложами и столиками с розовыми диванами.

– Вам повезло. Бармен с той смены уволился, но я дежурил в ту ночь и хорошо помню этот случай.

– Вы помните этого парня или эту девушку? – спросил Никита, протягивая ему телефон.

– Парня плохо помню, а вот девушку трудно забыть. Она здесь такой шорох тогда навела, – сказал администратор, качая головой.

– Скандалила? – уточнил Шилов.

– Наоборот. Вела себя тихо, спокойно танцевала, но мужики из-за неё чуть с ума не сошли. Обступили со всех сторон, приглашая танцевать, за столик посидеть, просто с собой звали. Передрались. Пришлось охране вывести парочку самых активных на воздух подышать.

– Красивая?

– Симпатичная, да. Не в этом дело. Было в ней что-то такое манящее. Как будто она огонь, горящий в темноте ночи, – сказал администратор, указывая на яркий свет софитов, – а они – мотыльки.

– А парень что?

– Он подошёл к ней. Она как будто только этого и ждала. Ушла с ним с танцпола. Они посидели у бара, выпили, поговорили и уехали.

 

Мясник или Самка богомола?

 

Ровно в 12.15 полковник Звягинцев вытирал покрасневшую лысину бумажным платком, стоя у стола.

– В 10.00 ты должен был сидеть на этом стуле и докладывать. В десять… ноль-ноль, – повторил полковник, тыча пальцем в направлении стула.

– Я в шесть часов только спать лёг, – сказал Шилов, стоя в дверях.

– А мне до лысой бабушки, во сколько ты лёг спать! Садись и докладывай.

Никита прошёл к столу, сел, достал блокнот.

– Проверил машину, на которой увезли потерпевшего. Красная Toyota.

– Ну? – нетерпеливо спросил хозяин кабинета.

– Тухляк. Номера фальшивые. Да всё это ерунда. Всё уже за год десятки раз проверили и перепроверили. Можно я свои наблюдения выскажу?

– Валяй. Ты для этого и зарплату от государства получаешь, – сказал Звягинцев, усаживаясь в кресло под гербом.

– Во-первых, меня заинтересовала поза убитого, – сказал Шилов, передавая фотографию с места обнаружения трупа.

– А что с ней не так? – спросил полковник, надевая очки.

– Ну, посмотрите внимательно! Лежит ровно, руки аккуратно сложены вдоль тела. Идём дальше. Парень не голый, одежда на нём чистая. Волосы расчесаны. Теперь фотографии от судмедэкспертов. Раны ровные, аккуратно обработаны. Синяков нет, значит, он не сопротивлялся.

– И что? – Звягинцев снял очки, разглядывая подчиненного. Всклокоченный, горящий взгляд, ямочка на подбородке углубилась от улыбки безумца – и это наш лучший опер. Дожили.

– И то! Убийца его знал и любил.

– Надо пройтись опять по знакомым и друзьям, – подвел черту под интересным выводом полковник.

– Уже прошёлся. Знакомые ничего не знают. Врагов не было. Брошенных любовниц тоже. Скандалов ноль, – сказал Никита, лёг на стол и захрапел.

– Отставить!

– Во-вторых, – продолжил, как ни в чём не бывало, Шилов, вскакивая и садясь ровно. – Вы задумывались, зачем подкинули деньги матери?

– Конечно. Ну, они это… как его… заглаживали вину. Банкноты чистые, кстати. Отследить невозможно.

– Убийца? Или сочувствующий? Эти деньги что-то означают.

– Что?

– Пока не знаю. Но у меня есть джокер в рукаве.

– Чё у тебя есть?

– Нежданочка. Сюрприз. Та-дам! Это не единственный случай. Есть похожий.

– Ёшки-Матрёшки! – воскликнул Звягинцев, наклоняясь вперёд.

– За год до этого был похожий случай в Питере. Молодого клерка освежевали и в Царскосельском парке оставили, аккуратно завёрнутым в пленку. Его тоже с девушкой видели накануне. А матери потом деньги в почтовый ящик положили. 28 тысяч евро. Купюра к купюре. Питерские у неё, видимо, дешевле идут, – сказал Никита, обнажая крупные белые зубы в улыбке.

– Ты дурак что ли, Шилов? Чего ты ржёшь? Маньячка у нас парней режет, – сказал полковник, вставая и нервно расхаживая по кабинету. – Серийный убийца, получается. Хрень какая на мою лысую голову. А точно баба?

– Только девушка могла бы заманить мужчин, – подсказал Никита.

– А может она и заманила, а мужик ейный кромсал. Нет? – спросил Звягинцев, останавливаясь.

– Не-е-е-е. Нутром чую. Это Самка богомола.

– Чё ты несёшь? Какая самка?

– Самка богомола подманивает самца своим запахом, совокупляется, а потом съедает несчастного.

– Зачем?

– В его организме питательные для неё вещества. Если она не съест самца, то умрёт от истощения в период беременности. Так что поедание самца дает возможность выжить самке и потомству. И самец идёт на этого осознано.

– А наша что беременная? Или умирает от истощения?

– Не знаю, – сказал Никита, качая головой. – Но я ночью нашёл ещё семь похожих случаев в Москве и по области.

– Ёшки-Матрёшки! Как?! – полковник рухнул в кресло, как подкошенный.

– Так. Шесть парней и одна девушка. Все были выпотрошены, оставлены в людных местах. А потом родные получали разные суммы денег от неизвестного.

– А почему мы раньше не заметили серию?! – воскликнул Звягинцев, хватаясь за сердце.

– Я не сказал, когда эти случаи происходили.

– Когда?

– Раз в год.

– То есть каждые двенадцать месяцев маньячка выходит на охоту, – сказал полковник побелевшими губами.

– И так десять лет.